Горы на ладонях Земли

«Крышей мира» называют Памир – высокогорную «страну» на юго-востоке Центральной Азии, где высшие точки пиков превышают 7 тыс. метров над уровнем моря. Недавно на Памире побывал и участвовал в восхождении на один из высочайших пиков наш земляк, директор альпинистского клуба «Агама», лидер поисково-спасательной команды Красного Полумесяца Туркменистана Арсланмурад Чарыев. Редакция попросила его рассказать об этом интереснейшем путешествии.

— Мне доводилось подниматься на многие горы Кавказа, Урала, Тянь-Шаня, Сибири за 25 лет занятий альпинизмом. Бывал я и на Памире. И с удовольствием отправился в путь, — начал он неторопливо рассказ.

В районе пика Ленина ( 7134 м ) собралось более 200 альпинистов из многих стран мира – и опытных восходителей, и новичков. До этого побывали в Оше – старинном красивом городе.

— Арслан, а почему это серьезное мероприятие названо вдруг так легкомысленно –фестивалем?

— Я понимаю шутливый тон вашего вопроса и все же объясню. Раньше устраивались альпиниады, где спортсмены занимались, в основном, восхождением на вершины. Нынче для привлечения людей, инвесторов к развитию сферы высокогорного туристского бизнеса организован фестиваль. Альпинистов знакомили с городами, селениями, красивейшими ущельями, реками, распадками. А началось все с фестиваля искусств в первом базовом лагере на высоте 3700 м, куда нас целые сутки везли из Оша машинами. Уже были там готовы палатки для всех, все предусмотрено. Вообще устроители организовали четыре базовых лагеря, куда завезли оборудование, продукты питания – все это было закуплено за наш счет, но просто помогли доставить.

— А были спонсоры?

— Да. Мне помощь оказала швейцарская компания спасательной службы Красного Полумесяца Туркменистана. Узнав о проекте, швейцарцы одобрили его, послали факс, получили «добро» из федерации Красного Полумесяца, выделили мне деньги как волонтеру. Спасибо им за это.

В базовом лагере я встретился с альпинистами из Белоруси, Украины, с которыми лет десять назад совершал восхождения. Мы не могли сдержать слезы радости от такой встречи. Белорусские друзья уже пробовали свои силы здесь,но погода выдалась скверная, кому-то стало плохо с сердцем, словом, пришлось спускаться, как говорится, несолоно хлебавши.

И вот в день открытия фестиваля встретились команды из стран СНГ, а также США, Германии, Франции, Италии, Чехии, Словакии, Кореи, Японии… Все со своими флагами, вымпелами – очень красочно.

Гостей Памира чествовали фольклорные ансамбли – живописно, ярко, зажигательно. Были показательные выступления на конях, яках – вот уж кто – прирожденные «альпинисты». Альпинисты сыграли в мини-футбол с местной командой. Словом, программа фестиваля была разнообразна и интересна.

Все разошлись по своим лагерям и стали готовиться к основной программе – восхождению на разные вершины. Я попал в команду, которая ставила целью подняться на пик Ленина. Нас поначалу было четверо: трое москвичей и я. Рано утром, забив рюкзаки поплотней – расчет шел на пару недель, поэтому рюкзаки тянули на 30-35 кг, что весьма затрудняло движение в горах,- мы начали восхождение. 8 часов ушло на путь до высоты 4200 м: забирались на перевал, спускались на ледник, где было много глубоких трещин, которые нужно обходить, а где можно, переправляться с помощью веревок. Лишь к вечеру добрались до международного базового лагеря. Разбили бивак и решили базироваться здесь, на удобной площадке, откуда виден подход к вершине.

Сутки мы акклиматизировались – без этого на вершину нельзя, а затем тронулись ко второму лагерю, на высоту 5300 м. По леднику, с веревками, в связках мы медленно, но упорно продвигались вверх. На лицах – маски, иначе обгоришь. С 6 утра до 9 вечера мы добирались до лагеря. Один из группы едва дошел – сердце прихватило, сложен путь. Дали ему валидол и ввели лекарство внутривенно. Еще один почувствовал себя скверно, да и обувь не выдерживала. И пришлось мне спускать их наутро до первого лагеря, вновь настраиваться на дорогу целые сутки, а затем подниматься до отметки 5300. В итоге нас осталось двое: я и мой московский друг Гриша.

Хотели подняться на 6200, но вижу – мой напарник слабеет – или недостаточно акклиматизировался, или не очень натренирован. Пришлось остановиться на отметке 5870 м. Переночевали, наутро он вроде почувствовал себя лучше и мы пошли к высоте 6250 м. Предложил Грише подняться на 6450, а на следующий день встать пораньше и «побежать» до вершины и спуститься. Будет в запасе часов 12, успеем обернуться. Но напарник чувствовал себя не очень уверенно, и мы решили заночевать на «взятой высоте».

Переночевали, погода хорошая, и мы вновь двинулись в путь. Добрались до отметки 6650, осталось «всего-то» 584 м. Но тут резко стала портиться погода. Сила ветра достигла 110 м / сек. Валило с ног. Мы шли вместе с группой из Башкирии. Их руководитель – опытный высотник, побывавший на 4-х семитысячниках, в т.ч. на пике Ленина,- почувствовал себя плохо, и все же основная группа двигалась к вершине. Погода все хуже – снег, туман, ветер. Добравшись до «языка» — 6700 м, мы вышли на ледник. Одели «кошки», прошли три связки по 50 м каждая и вышли на высоту 6850 м. снег забивал глаза, рот, очень сильно мешал. Я сказал ребятам: «Все! Дальше сегодня дороги нет. Если пойдем, назад не вернемся». Нас к тому времени из 12 человек осталось трое. Температура воздуха опустилась до – 40 С, ветер рвал штормовки.

До вершины оставалось так немного, но со слезами от обиды и ветра повернули назад. Спускаться было очень трудно. Но мы шли, подбирая оставшихся. Помогли подняться на ноги руководителю башкирской команды, поддерживали его при спуске. Добрались до лагеря, полезли в палатки, кто сразу лег, кто принялся готовить что-то горячее,чтобы согреться. Мы что-то приготовили и передали примус башкирским коллегам, у которых топливо было, а примус сломался.

Утром выяснилось, что несколько человек из этой команды чувствуют себя очень неважно, и на высоте долго оставаться нельзя. Оставив палатки и даже несколько рюкзаков, башкирские товарищи начали спуск налегке. Оставшиеся же решили переждать непогоду а затем все же штурмовать вершину – очень обидно возвращаться «с порога». Дождавшись, когда пурга поутихла, мы с партнером вновь двинулись вверх, захватив фото – и видеокамеры. Но едва добрались до высоты 6500 м, получили новый, столь сильный «заряд» снега, ветра, что нужно было срочно спускаться. Я спрятал видеокамеру, фотоаппарат – еще непременно вернусь (!) – и снова – вниз. Ветер сбивал с ног, к тому же, я сильно повредил голень. Кое-как подлечив ее, хромая, преодолевая боль, я снова добрался до базового лагеря (6250 м ). Опять пробыли там сутки. Стало плохо напарнику. Накормил, напоил его и в который раз один пошел вверх, едва ступая. К вершине направилась и самая большая группа киевлян – 19 человек. Они меньше были на высоте, лучше акклиматизировались. Дважды они делали попытки, провели труднейшую холодную ночевку и все же достигли вершины. Я же нашел свои фото – и видеокамеру и, не дойдя до самой вершины из-за испортившейся погоды, решил больше не рисковать.

Встретившись с киевлянами, вместе с ними спустился до базового лагеря на высоте 5350 м. Отдохнули. А назавтра начали подъем наши друзья иранцы, с которыми в прошлом году мы восходили на Демовенд в Иране. Радости не было предела – такие встречи запоминаются на всю жизнь. Погода стала чуть лучше, и они решили штурмовать вершину – один альпинист из этой группы до нее добрался. Когда ребята вернулись, мы своими флагами отсалютовали их победу.

Был у меня во время восхождения курьез, довольно обычный в альпинизме. Когда я спускался с высоты 6250, у меня улетел вниз рюкзак: большая крутизна, сильный холод, скользко. Поставил я рюкзак, чтобы вытащить ледоруб, повернулся на секунду, сказать об этом напарнику, а все мои вещички ухнули вниз. Правда, удачно, рядом со стоянкой, и все уцелело: аппарат, видеокамера. Встречали меня немцы, французы – они поначалу испугались, подумав, что упал я, и были рады, что иду живой. «Проблемы?» — спрашивали они. «Никаких»,- отвечал им: рюкзак был цел и достать его оказалось несложно.

Иранцы были рады, что все обошлось, устроили садака, мы долго вспоминали прежние восхождения у них на родине, на Кавказе, Тянь-Шане. В оргкомитете фестиваля восхождение мне засчитали, хотя я немного не дошел до вершины. Я посвятил его 11-й годовщине независимости Туркменистана. Надеюсь, что в будущем году на горный фестиваль поедет больше моих земляков. И мы покорим вершину.

 

И.БАРХАНОВ

Источник: газета «Нейтральный Туркменистан» 04.11.2002

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

@Mail.ru .