Маршрутом Одинцова на пик 4810, мокрое восхождение

Продолжение рассказа Ратмира Мухаметзянова о 6-недельной летней экспедиции и четырех маршрутах категории 6 в регионе Каравшин, в Гиссаро-Алае, Киргизия. В этот раз Ратмир рассказывает о маршруте Одинцова, втором пройденном ими на пик 4810.

Когда мы с Сашей вернулись с маршрута Русяева на пик 4810 (он же п. Одесса) оценили масштабы нашей необъятной усталости, было принято решение пока не лазать 6Б в двойке. Ближайший месяц точно, а там как пойдёт. Но его было не унять, он стремительно собирал всю имеющуюся информацию о следующей 6Б. Дал мне один день на восстановление и здоровый сон, а затем давай снова снарягу трясти, спальники сушить и искать третьего участника в команду.

Ратмир Мухаметзянов, Антон Лежнев и Александр Парфёнов
Ратмир Мухаметзянов, Антон Лежнев и Александр Парфёнов

На маршрут Одинцова на тот же пик, который Саша очень хотел пройти, нам требовался сильный и опытный третий участник команды, жаждущий пребывать в компании двух мастеров спорта и чемпионов России: один вечно ноет о длинных подходах, а второй — Саша Парфёнов. К счастью, Антон Лежнев сказал, что потерпит мой бубнёж, у него есть время и желание сходить 6Б. Вот так мы и нашли третьего члена команды.

Все трудности, а в основном это был тяжеленный баул и маятник в полном отвесе, Антон выносил с должной альпинистской выдержкой. Как это обычно происходит? Есть два варианта: либо ты страдаешь молча, либо ты материшься на всю долину от того, что тебе страшно и тяжело, а потом уже страдаешь. У нас получалось чередовать первый способ со вторым, с явным преимуществом в пользу второго.

Первая часть маршрута Одинцова полностью ИТОшная, нависание по дыркам и съемным шлямбурам, а где есть хоть какой-то намек на рельеф — ИТО уровня А3-А4… Первые 7 участков лазовые, их прошел я. Где лезется, там я двигаюсь быстро, где ИТОшится – там развлекается Александр.

В 15 метрах от стены за нашими спинами переливался на солнце лёгкий водопад. Слишком часто смотреть, откуда он падал — не получалось, шея затекала. Второй день начался с дождя. Саша работал первым метров 20, потом сказал, что начинается камин или откол, отщеп — не разберёшь на расстоянии, что он там орёт… «Короче, — говорит, — дальше лазовый рельеф, давай меняться.» Я очень радовался тому, что умею и люблю лазить, а когда начиналось ИТО, я переключался в режим «второго способа» передвижения по рельефу в горах.

День закончился мокрым, зализанным внутренним углом длиной в 3 или 4 верёвки. Вы любите лазать по мокрым скалам? А если это происходит в конце рабочего дня? А если скалы не просто мокрые, а по ним ещё и течёт? И ПО ТЕБЕ!!! ОБОЖАЮ! Вот в таком состоянии увидел меня Саша, дожумарив до полки. Стою в скальниках в снегу, мокрый, дрожу от холода и молчу. Если бы я увидел себя со стороны, было бы страшно. Саша не испугался, он был точно такой же измотанный.

Третий день был насыщен участками ИТО, их было целых два. Для меня — это сверхмного. Не потому, что я не ИТОшу или не люблю это делать, я просто чрезмерно впечатлительный. И когда у тебя на 50 метров 5 старых шлямбуров забито и по пять шагов на дырочных скайхуках — очень впечатляешься… «Опять развели пацана, а я и повёлся… Ладно, долезу!» — решил я.

Под вершиной в конце третьего дня пошёл снег. Я переобулся в Непалы Ля Спортивы, поверх быстро накинул кассиновские кошки и зашагал в направлении высшей точки. «А ведь были здесь неделю назад», — посмеялись мы с Сашей и поставили платформу чуть ниже.

Следующий день спуска я запомню на всю жизнь. Непогода застала нас на 3-ей или 4-ой верёвке дюльфера по стене. А ведь ещё около 20-ти верёвок вниз… Шёл снег, но маленькая проблема была в том, что он стремительно таял и по километровой стене вскоре потекли ручейки, а затем и реки. Я ехал последним, именно мне сдёргивать верёвки. Я был одет в новенькую басковскую мембрану и особо не беспокоился, но… Чтобы вытянуть верёвку, надо поднять руки вверх… и почему-то от этого вода затекала прямо в рукава и продолжала течь по мне внутри (даже регулируемые манжеты не спасали). Вдобавок вода выжималась со спускового устройства на систему, штаны, ботинки. И так все оставшиеся 20 верёвок.

Прошло несколько часов, я молился, чтобы верёвка нигде не застряла. Земля близится. Одна из станций оказалась под небольшим карнизом. А что, как вы думаете, происходит со всей массой воды, текущей по стене, когда она срывается с края карниза?? Конечно, она превращается в водопад! А мы под ним… Мои испытания лишь начались. Каким просветлённым я уехал с этой станции, просто Будда, не иначе. Конечно, после второй 6Б мы никуда, кроме сухой и теплой постели уже не хотели. Дождаться бы, когда завтра приедут лошади и увезут нас в цивилизацию. Уже тогда я устал больше обычного, но впереди нас ждали ещё приключения, полные загадок и опасностей.

Выброска, как и заброска, меня сильно порадовала. Каравшин теперь станет крайне приятным в этом плане. Богатые геологи начали разрабатывать месторождение чего-то, поэтому построили дорогу в ущелье. Пешком до лагеря остаётся идти 5-6 часов.

Ратмир Мухаметзянов
фото: Александр Парфёнов

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.