По Капланкыру: Узбой и заказник Сарыкамыш

В пустынном мареве за спиной, остаются сиявшие голубизной чаши озер и разноцветные чинки возвышенности Зенги-баба. В прибрежные тугаи вклиниваются языки песчаных гряд. Они сменяют отакыренную равнину бывшего дна древних рек и морей, разливавшихся здесь тысячи и миллионы лет назад.

Вдоль коллектора прибываем на стоянку – пост наших коллег, занимающихся охраной рыбных запасов. Рукопожатия, дружеские объятия давно не видевшихся пустынников.

Узбой
Узбой

Едва успев смыть «пудру» такыров, оказываемся в настоящей землянке, надежно укрывшись от палящих лучей солнца и жалящих всех без разбора кровососов. На регион надвигался штормовой шквал, и вся живность спешила решить свои проблемы до его прихода. Мы тоже не стали надоедать гостеприимным хозяевам и продолжили путь.

В древнем русле Амударьи – Узбое

Преодолев возвышенность Гангакыр, оказываемся у древнего русла Амударьи – Узбоя, уже в Сарыкамышском заказнике Капланкырского заповедника. Над обрывистыми берегами парят караулящие добычу зеленые щурки, а на водной глади плещутся стайки лысух, похоже уже приступивших к строительству в густых тростниках своих гнезд-платформ диаметром до двух метров.

Зеленая щурка
Зеленая щурка

Изначально по руслу Узбоя Амударья несла свои воды в Каспий, легко прорезая осадочные породы и извиваясь подобно огромной анаконде среди выходов твердых коренных. Мы были на первой трети Узбоя. По плану экспедиции обследуем русло почти до бывшей дельты – солончака Келькёр, но это позже.

Ориентиром для ночного привала стал колодец Машрек-Аджи на равнине в трех километрах от юго-восточного берега озера Сарыкамыш. Оно образовалось в ложе древней котловины с интересной историей.

Семья лысух
Семья лысух

Довольно сносная грунтовка к колодцу вилась узкой лентой по урочищу Куланлык. Честно говоря, я не нашел точного перевода названия, но по аналогии с другими его можно трактовать как Долина кулана. Хочется, чтобы это было именно так.

Капланкыр – плато тигра

Капланкырский заповедник и создавался для охраны диких копытных и хищных млекопитающих, о чем говорят названия этих мест. Капланкыр – означает плато тигра. Еще не так давно тигры бродили по тугаям Амударьи и Узбоя, а пищей им служили несметные полчища вепрей.

А вот жизнь на чинках рядом со стадами ловких скалолазов – уриалов, или открытых всем ветрам плато с многочисленными в те времена джейранами – далеко не тигриный вариант.

Огромные кошки весом по 200 и более килограммов не могли быть ни скалолазами, ни спринтерами. Более вероятны варианты: плато леопарда или гепарда. Один мог обитать на обрывистых чинках, второй на самом плато. Кроме джейранов, здесь могли быть и куланы, молодняк которых не такой быстрый и ловкий, как джейраны. Он вполне подходил для меню самого быстрого представителя семейства кошачьих.

Если мысленно продолжить путь на запад, то на восточном берегу залива Гарабогазгол мы найдем урочище Кулантакыр. Это можно считать подтверждением версии о широком распространении куланов на севере Туркменистана. В 2018 году мои коллеги установили наличие здесь краснокнижных медоедов, а чабаны рассказали о встреченных зимой куланах, которые были завезены в заповедник для реакклиматизации.

Ветры Южного Устюрта

Мы на месте, но это уже не Заунгузские Каракумы, а равнина Южного Устюрта. Бросается в глаза разница между растительным покровом песчаных и глинистых пустынь. Найти убежище от ветра практически невозможно. Птиц немного – вездесущие жаворонки, пара шебаршащихся в кустах скотоцерок, недовольный нашим появлением домовый сыч. Дюжина чайконосых крачек, за их характерные крики «ке-век», я называю их «кевечками» и одинокая молчаливая кукушка.

Чайконосая крачка
Чайконосая крачка

Наступившая в легких сумерках давящая тишина показала, что ветровой шайтан уже «не за горами» и к его приходу стоит серьезно подготовиться.

Легкий, но вкусный с полевым дымком ужин. Ребята ставят небольшие палатки. А я креплю свою раскладушку к двум чахлым кустикам и надежно привязываю к ней спальный мешок. Принятые меры оказались нелишними. Они помогли избежать шанса стать этой ночью родоначальником нового «вида» спорта – раскладо-мешко-планеризма.

К утру ветер утих. Почти в темноте подал голос еще более недовольный сыч, осторожно приветствовали новый день жаворонки. С первыми проблесками зари отметились кевечки, которые хотя и гнездятся на островах, питаются преимущественно жуками и другими крупными насекомыми. А в брачный период ухаживающие за избранницами самцы нередко преподносят им мелких ящериц, а иногда и довольно крупных степных агам.

Все участники экспедиции полны впечатлений от ночных шквалов, пронёсшихся над их палатками. И шутливо завидуют тому, что я не захотел или не сумел «полетать».

Шутки в сторону, впереди новый этап путешествия, нас ждёт «Желтый камыш» (озеро Сарыкамыш)…

Александр Щербина,

фото автора

В тему:

Читайте также:

1 комментарий

  1. Аватар Галина Камахина:

    Александр Щербина, ваш очерк про Капланкыр впечатляет живостью красок и авторскими впечатлениями и главное – без шаблонов. Пишите больше. Аудитория в ОК большая и выходцы из Туркмении прочтут обязательно. Спасибо. Привет из Подмосковья.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *